?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

 Издание The New York Times опубликовало комментарий нобелевского лауреата по экономике и эксперта в области валютных кризисов Пола Кругмана о ситуации в России, о перспективах этой страны и ее лидера Путина. Эксперт считает, что у кремлевского режима на самом деле нет было достаточных ресурсов, чтобы устроить военную авантюру против Украины. Кругман пишет:

— Россия имеет экономику примерно такого же размера, как и Бразилия. И, как мы теперь видим, она весьма уязвима для финансового кризиса – уязвима по причине, которая имеет прямое отношение к природе путинского режима.

Для тех, кто не следит: рубль постепенно снижался с августа, когда Путин открыто ввел российские войска в Украину. Несколько недель назад, однако, снижение превратилось в обвал. Экстремальные меры, в том числе огромный рост процентных ставок и давление на частные компании, с тем чтобы остановить удержание долларов, помогло лишь стабилизировать рубль на уровне значительно ниже прежнего. И все указывает на то, что экономика России идет к тяжелой рецессии.

Непосредственная причина трудностей в России — конечно, глобальное падение цен на нефть, которое, в свою очередь, является следствием роста добычи сланцевой нефти и ослабления спроса со стороны Китая и других стран – все это не имеет отношения к Путину. Это не могло не нанести серьезный ущерб экономике, которая, как я уже сказал, не так уж много может предложить помимо нефти, из того что может заинтересовать другие страны; санкции, наложенные на Россию в связи с Украиной, усилили ущерб.

Но проблемы России непропорциональны размеру шока: в то время как нефть действительно упала, рубль упал еще больше, и ущерб для российской экономики выходит далеко за рамки нефтяного сектора. Почему?

Никакой загадки тут нет — на самом деле, этот триллер такие любители валютных кризисов как ваш покорный слуга видели много раз: Аргентина 2002, Индонезия 1998, Мексика 1995, Чили 1982, список можно продолжить.

Тип кризиса, с которым Россия сталкивается сегодня – результат проблем, возникающих у экономики, ставшей уязвимой в результате крупномасштабных заимствований из-за рубежа — в частности, масштабное заимствование частного сектора, с долгами в иностранной валюте.

В этой ситуации, неблагоприятный шок в виде падения экспорта может начать порочный круг. Когда национальная валюта падает, балансы местных предприятий — которые обладают капиталом в рублях (или песо или рупиях), и долгами в долларах или евро – схлопываются. Это, в свою очередь, наносит серьезный ущерб национальной экономике, подрывая доверие и оказывая еще большее давление на валюту. Россия вполне вписывается в этот стандартный сценарий.

За исключением одной вещи. Как правило, обычно страна оказывается с большим внешним долгом из-за дефицита торгового баланса, используя заемные средства для оплаты импорта. Но в России нет торгового дефицита. Напротив, она постоянно получала большие торговые излишки, благодаря высоким ценам на нефть. Так почему же она заимствует столько денег, и где эти деньги?

Ну, вы можете ответить на второй вопрос, прогуливаясь вокруг Mayfair в Лондоне, или манхэттенском районе Верхний Ист-Сайд, особенно в вечернее время, и наблюдая длинные ряды роскошных апартаментов, в окнах которых выключен свет — апартаментов, принадлежащих, по мере движения по улице, китайским князькам, ближневосточным шейхам и российским олигархам.

Российская элита накапливала активы в основном за пределами страны — элитная недвижимость только один из наиболее наглядных примеров — и обратной стороной этого накопления был рост национального долга.

Где элита берет такие деньги? Путинская Россия — крайний вариант кланового капитализма, клептократия, лояльные сторонники которой получают доступ к огромным суммам для личного использования. Все это выглядело устойчивым до тех пор, пока цены на нефть оставались высокими. Но теперь пузырь лопнул и та самая коррупция, которая была опорой режима Путина, оставила Россию в отчаянном положении.

Чем это закончится? Стандартный ответ для страны в такой ситуации — программа Международного валютного фонда, включающая в себя экстренные займы и терпение от кредиторов в обмен на реформы. Очевидно, что тут такого не произойдет и Россия будет пытаться выкарабкаться самостоятельно, среди прочего стараясь предотвратить бегство капитала из страны — классический случай запирание двери амбара после ухода олигарха.

Все это довольно унизительно для Путина. И его самоуверенное поведение в стиле «сильной руки» помогло заложить основу для катастрофы.

Более открытый, подотчетной режим был бы менее коррумпирован, не залез бы так глубоко в долги, и лучше бы перенес падение цен на нефть. Позерство мачо, оказывается, это не так здорово для экономики.
http://www.nytimes.com/…/paul-krugman-putins-bubble-bursts.…

ПОЗЕРСТВО МАЧО...ЛОПНУЛ...Издание The New York Times опубликовало комментарий нобелевского лауреата по экономике и эксперта в области валютных кризисов Пола Кругмана о ситуации в России, о перспективах этой страны и ее лидера Путина. Эксперт считает, что у кремлевского режима на самом деле нет было достаточных ресурсов, чтобы устроить военную авантюру против Украины. Кругман пишет:  — Россия имеет экономику примерно такого же размера, как и Бразилия. И, как мы теперь видим, она весьма уязвима для финансового кризиса – уязвима по причине, которая имеет прямое отношение к природе путинского режима. Для тех, кто не следит: рубль постепенно снижался с августа, когда Путин открыто ввел российские войска в Украину. Несколько недель назад, однако, снижение превратилось в обвал. Экстремальные меры, в том числе огромный рост процентных ставок и давление на частные компании, с тем чтобы остановить удержание долларов, помогло лишь стабилизировать рубль на уровне значительно ниже прежнего. И все указывает на то, что экономика России идет к тяжелой рецессии. Непосредственная причина трудностей в России — конечно, глобальное падение цен на нефть, которое, в свою очередь, является следствием роста добычи сланцевой нефти и ослабления спроса со стороны Китая и других стран – все это не имеет отношения к Путину. Это не могло не нанести серьезный ущерб экономике, которая, как я уже сказал, не так уж много может предложить помимо нефти, из того что может заинтересовать другие страны; санкции, наложенные на Россию в связи с Украиной, усилили ущерб. Но проблемы России непропорциональны размеру шока: в то время как нефть действительно упала, рубль упал еще больше, и ущерб для российской экономики выходит далеко за рамки нефтяного сектора. Почему? Никакой загадки тут нет — на самом деле, этот триллер такие любители валютных кризисов как ваш покорный слуга видели много раз: Аргентина 2002, Индонезия 1998, Мексика 1995, Чили 1982, список можно продолжить. Тип кризиса, с которым Россия сталкивается сегодня – результат проблем, возникающих у экономики, ставшей уязвимой в результате крупномасштабных заимствований из-за рубежа — в частности, масштабное заимствование частного сектора, с долгами в иностранной валюте. В этой ситуации, неблагоприятный шок в виде падения экспорта может начать порочный круг. Когда национальная валюта падает, балансы местных предприятий — которые обладают капиталом в рублях (или песо или рупиях), и долгами в долларах или евро – схлопываются. Это, в свою очередь, наносит серьезный ущерб национальной экономике, подрывая доверие и оказывая еще большее давление на валюту. Россия вполне вписывается в этот стандартный сценарий. За исключением одной вещи. Как правило, обычно страна оказывается с большим внешним долгом из-за дефицита торгового баланса, используя заемные средства для оплаты импорта. Но в России нет торгового дефицита. Напротив, она постоянно получала большие торговые излишки, благодаря высоким ценам на нефть. Так почему же она заимствует столько денег, и где эти деньги? Ну, вы можете ответить на второй вопрос, прогуливаясь вокруг Mayfair в Лондоне, или манхэттенском районе Верхний Ист-Сайд, особенно в вечернее время, и наблюдая длинные ряды роскошных апартаментов, в окнах которых выключен свет — апартаментов, принадлежащих, по мере движения по улице, китайским князькам, ближневосточным шейхам и российским олигархам. Российская элита накапливала активы в основном за пределами страны — элитная недвижимость только один из наиболее наглядных примеров — и обратной стороной этого накопления был рост национального долга. Где элита берет такие деньги? Путинская Россия — крайний вариант кланового капитализма, клептократия, лояльные сторонники которой получают доступ к огромным суммам для личного использования. Все это выглядело устойчивым до тех пор, пока цены на нефть оставались высокими. Но теперь пузырь лопнул и та самая коррупция, которая была опорой режима Путина, оставила Россию в отчаянном положении. Чем это закончится? Стандартный ответ для страны в такой ситуации — программа Международного валютного фонда, включающая в себя экстренные займы и терпение от кредиторов в обмен на реформы. Очевидно, что тут такого не произойдет и Россия будет пытаться выкарабкаться самостоятельно, среди прочего стараясь предотвратить бегство капитала из страны — классический случай запирание двери амбара после ухода олигарха. Все это довольно унизительно для Путина. И его самоуверенное поведение в стиле «сильной руки» помогло заложить основу для катастрофы. Более открытый, подотчетной режим был бы менее коррумпирован, не залез бы так глубоко в долги, и лучше бы перенес падение цен на нефть. Позерство мачо, оказывается, это не так здорово для экономики.http://www.nytimes.com/2014/12/19/opinion/paul-krugman-putins-bubble-bursts.html

Profile

AN
vladibo666
vladibo666

Latest Month

September 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow